Папе было сорок лет, Славику — десять, ёжику — и того меньше.
Славик притащил ёжика в шапке, побежал к дивану, на котором лежал папа с раскрытой газетой, и, задыхаясь от счастья, закричал:
- Пап, смотри!
Папа отложил газету и осмотрел ёжика. Ёжик был курносый и симпатичный. Кроме того, папа поощрял любовь сына к животным. Кроме того, папа сам любил животных.
- Хороший ёж! - сказал папа. - Симпатяга! Где достал?
- Мне мальчик во дворе дал, - сказал Славик.
- Подарил, значит? - уточнил папа.
- Нет, мы обменялись, - сказал Славик. - Он мне дал ёжика, а я ему билетик.
Славик притащил ёжика в шапке, побежал к дивану, на котором лежал папа с раскрытой газетой, и, задыхаясь от счастья, закричал:
- Пап, смотри!
Папа отложил газету и осмотрел ёжика. Ёжик был курносый и симпатичный. Кроме того, папа поощрял любовь сына к животным. Кроме того, папа сам любил животных.
- Хороший ёж! - сказал папа. - Симпатяга! Где достал?
- Мне мальчик во дворе дал, - сказал Славик.
- Подарил, значит? - уточнил папа.
- Нет, мы обменялись, - сказал Славик. - Он мне дал ёжика, а я ему билетик.
